• Дата изменения: 11.09.2013

Сервиз для Сталина


Около года потребовалось спецкоманде, чтобы привезти в Москву «кремлевский» сервиз

В Белостоке военный комендант предупредил бойцов, среди которых был и вологжанин Александр Сарайков: «Смотрите лучше, ребята! На этом перегоне десять дней назад эшелон ограбили, а караул расстреляли…»

Офицер как в воду глядел: морозной ночью 31 декабря 1946 года состав, в котором везли из Германии трофейный фарфор для Кремля, встал на том самом перегоне, с обеих сторон — лес.

Почему стоим? Охранявшие поезд военные побежали к поляку-машинисту. Но не успели — паровоз уже набирал ход, бросив состав в лесной глухомани…

Особое задание

Операция по доставке трофейного сервиза для Кремля — один из самых ярких эпизодов военной службы ветерана Александра Ивановича Сарайкова. К сожалению, его уже нет в живых — сердце 81-летнего пенсионера перестало биться в сентябре 2009-го. Но этого замечательного человека помнят и любят и в родной Шексне, и в Вологде, где работает на предприятии «Транс-Альфа» его сын — Андрей Александрович.

А события, в которых участвовал молоденький сержант Александр Сарайков, действительно неординарные: наш земляк входил в специальную команду сопровождения особо важных воинских грузов. Указ о ее создании Сталин подписал еще во время войны. В команде было 75 офицеров и 75 сержантов. Начальник — капитан, Герой Советского Союза Жеребцов.

В ноябре 1946-го сержантов Ивана Сметанкина, Николая Николаева, Ивана Карпухина, Александра Сарайкова и старшего сержанта Андрея Матузкова направили в Германию — для выполнения секретного спецзадания. Каждый получил полушубок, ватные штаны, автомат ППШ, 71 патрон и продукты на пять дней.

Когда — в теплушках, когда — в чистеньких немецких вагонах добрались они до германского городка Фельтен (нем. Velten) — здесь находился огромный склад, забитый кастрюлями, чайниками, чашками, ложками и прочей посудой. Этот груз молоденькие сержантики должны были сопровождать в Москву.

В секретной операции Александр Сарайков (сидит в центре) участвовал еще совсем молоденьким парнем

«Не довезете сервиз — останетесь без головы!»

Но через несколько дней пришел новый приказ: направить Александра Сарайкова и Николая Николаева в город Кала (Kahla), где находился знаменитый фарфоровый завод, уцелевший после освобождения городка американцами. К слову, это предприятие и сейчас остается крупнейшим производителем фарфора в Тюрингии.

В Кале ребят поселили в частной гостинице. По воспоминаниям Александра Ивановича, простыни им постелили такие белоснежные, что на них было даже боязно спать. А еще Александру и Николаю запомнился хозяин отеля, которому они подарили полкило сливочного масла из своего пайка — от радости немец пустился в пляс!

А вскоре наши «командированные» узнали и о грузе, который надо доставить в Москву. Сервиз на тысячу персон! 60 здоровенных ящиков, обитых металлической шинкой. «Если вы этот сервиз не довезете — без головы останетесь», — напутствовал сержантов оформлявший груз капитан.

Забытые в глухомани

Вернувшись в Фельтен с двумя вагонами, которые занял сервиз, Николай и Александр застали погрузку посуды в самом разгаре. Девчонки-немки таскали по шатким доскам настила кастрюли, чайники — и ставили прямо на пол стопками чуть не под самую крышу вагона. Одна немка споткнулась, миски посыпались, и в звонком морозном воздухе раздалось без всякого акцента:

— Ё… твою мать!..

Немая сцена. А немка, ничуть не смущаясь:

— Зо шпрехен руссиш золдатен. (Так говорят русские солдаты).

Но вот 34 вагона забиты посудой, прицеплены к ним и два «сервизных». Пора обратно — через пол-Европы. Прогноз неутешительный: в Германии на дорогах спокойно, а вот в Польше полно послевоенного отребья. Грабят.

Ребята сбили зубилами резьбу на болтах, которые запирали двери вагонов, поставили пломбы — и в путь. До Гродно добрались без приключений. А там от ворот поворот: «На Брест вас надо везти…» И снова колеса стучат на стыках, но уже — на Варшаву, Белосток и дальше по неспокойной Польше.

В Белостоке им посоветовали смотреть в оба: дней десять назад на одном из полустанков бандиты ограбили эшелон и расстреляли охрану. И надо ж такому случиться — 31 декабря состав остановился как раз на этом перегоне! А поляк-машинист вдруг отцепил паровоз и, ничего не объясняя, уехал в ночь.

Как рассказывал Александр Иванович Сарайков, охранники решили в теплушке не оставаться, поскольку при нападении ее первой прошьют очередями. Распределили для охраны каждому по семь вагонов. Договорились, что в случае чего будут прятаться за колеса и стрелять одиночными, последняя пуля — себе.

Ночь прошла под уханье филина и… без всяких происшествий. А утром вернулся паровоз. Машинист невозмутимо объяснил, что ездил заливать воду… Поехали дальше. И лишь потом вспомнили, что ночь-то была новогодней! Возможно, поэтому «лесные братья» не вышли на промысел.

И, тем не менее, на состав все-таки напали. На одном из перегонов его по какой-то причине расцепили — и, воспользовавшись этим, грабители вскрыли один вагон, опустошив его наполовину.

А около Бреста их поезд стоял два с половиной месяца. Сержанты от безделья развлекались: ставили на рельсы хрустальные вазы и стреляли по ним. Брызги получались обалденно красивые!..

«Потерявшийся» поезд

Только 16 марта 1947 года поезд с трофеями наконец-то пересек границу. Спецкоманда планировала оказаться к маю дома, однако не получилось. Попали в пробку из таких же «трофейных» составов. В итоге простояли до июля, пока в столице не хватились пропавшего эшелона.

Под Москвой разгружались на центральном складе на станции Фаустово. Ящики с сервизом открывали в присутствии караула сопровождения. Стружка. Тончайшая мягкая бумага. Тысячи предметов из великолепнейшего белоснежного фарфора. С золотым ободком. Все было цело, только у одной-единственной рюмочки отвалилась ножка. Тогда Александр Сарайков и узнал, что все это великолепие предназначено для Кремля и, возможно, попадет к самому Сталину.

«К его мнению прислушивался весь поселок»

В дальнейшем Александр Иванович Сарайков стал кадровым военным, дослужился до майора, поколесил по стране. Жил и на Камчатке, и в Казахстане, где служил на космодроме Байконур с 1962 по 1969 год, дорос там до начальника штаба полка.

А затем вернулся в Шексну — занимался вопросами гражданской обороны, работал в военкомате, инженером по маломерным судам… Активно участвовал в делах поселкового Совета ветеранов. «У него всегда был огромный круг общения, — рассказала нам председатель Совета Нина Александровна Лоншакова. — Справедливый, неравнодушный человек. К его мнению прислушивалась вся общественность поселка».

Александр Иванович всем сердцем любил свою жену, про эту пару даже говорили, что они — две половинки одного целого. Татьяна Михайловна, бывший соцработник, умерла раньше мужа — и ветеран очень сильно переживал ее уход. «Каждое утро он созванивался со своим товарищем Василием Алексеевичем Соколовым, — вспоминают в поселковом Совете ветеранов. — «Ты жив?» — «Жив». — «Я тоже, значит, все нормально». Так у них было заведено».

Сейчас их телефоны молчат, но светлая память об этих людях по-прежнему жива…

Екатерина Марова,
Андрей Иванов



Подняться вверх